В преддверии открытия выставки «Почувствуй дыхание новой архитектуры» в галерее pop/off/art, мы встретились и побеседовали с ее автором Юлией Ивашкиной.

Юлия Ивашкина — художник, работает в техниках живописи и графики, создает объекты и звуковые инсталляции. Её работы были включены в групповые выставки, проводимые в рамках III Московской биеннале современного искусства (2009) и II Московской международной биеннале молодого искусства (2010).
Художественные произведения Юлии Ивашкиной находятся в авторитетных частных собраниях в России и Европе.

Расскажите о себе, где учились и как стали рисовать?

Рисовала я с детства, точную дату начала не помню *смеется*.  Я не училась в художественной школе, просто всегда рисовала сама.  Только в последних классах общеобразовательной школы решила посещать изо-студию и это было моим желанием, а не родителей. После окончания школы пошла учиться в художественное училище и не закончив его поступила на художественно-графический факультет университета.  Затем училась в ИПСИ.

Когда пришло осознание того, что это уже не развлечение, а серьезная работа, которой хочется заниматься всю жизнь?

В случае с взрослением темпоральность как-раз может располагаться обратным образом. Не «уже», а «еще» не развлечение. Конечно, в детстве рисование совсем не связано с работой, но развлечением я бы это не назвала.  Да и вообще, если говорить о развлечении — это то, чем искусство может стать, например, в музее. Устройство некоторых музеев в наши дни имеет отношение к индустрии развлечений.

Рисование в детском возрасте — определенный способ взаимодействия с миром. С одной стороны, получение знания, а с другой, выражение. Существует множество педагогических методик, которые не останавливают познание мира только через тесты, языковой, цифровой или научный инструментарий. Но такого рода методики, к сожалению, не особо интересны общеобразовательным учреждениям, чей вектор направлен на выращивание удобных системе граждан.

Но это и не означает, что кроме школы у детей нет увлечений.

Во времена моего детства было популярно делать анкеты и у меня были большие проблемы с их заполнением. Я все смотрела на эти вопросы, думала на сколько это важно и на каждый вопрос у меня возникало еще несколько своих вопросов. Потом я вообще перестала заполнять их. Даже сделала свой проект подобной анкеты без текста, но полностью из рисунков, располагающихся в разных местах листа.

Конечно, чтобы продолжать и развивать такой неуместный образ мышления должна быть некоторая внутренняя необходимость, которую сложно вербализовать…

Дальнейшее изучение истории искусства и самого искусства, так как большая история искусства закончилась в годах 80х прошлого века, усложнили и, наоборот, упростили язык рисования, если сравнивать с академическим языком. Усложнилось все на моменте обоснования сюжета и содержания, метода и выразительного языка, ведь у искусства, помимо его синтетического означающего, существует совсем не наивная история, связанная с колонизацией, службой идеологии, насилием, индустрией развлечения, кстати etc.

Расскажите про проект “Старт”: что вам дал проект и почему сейчас нет инсталляций?

На то время, когда я делала выставку (2010 год), «Старт» был одной из первых площадок, которая давала возможность и поддержку молодому художнику реализовать проект.

Проект, который осуществила на «Старте» назывался «Прислушиваясь в том и другом месте» — был моим первым персональным высказыванием. В реализации задуманного была задача прервать линейную логику восприятия и перестроить пространство площадки так, чтобы подчеркнуть не природу тотальной инсталляции, а скорее сетевого гипертекста, где объекты, изображения, установив между собой разности потенциалов, обретают искаженные значения.

Старт

Почему сейчас нет инсталляции? Есть. Инсталляция в искусстве имеет схожее значение с понятием текста в литературе или философии. Сейчас почти не выделяют жанры письма: рассказ, повесть  и т.д. — все стало текстом. С жанрами искусства произошло то же самое. Жанрами оперируют по привычке или для скорости, но определить границы различных жанров сейчас невозможно. Для чего? Полагаю, что любой так называемый «жанр» искусства можно отнести к инсталляции. Так же как, например, фото или видео-документация инсталляции, скульптуры, объекта имеет отношение к образам, соответственно к взгляду, восприятию, отсюда к фото и живописи. Художник, если он даже работает с плоскостью, не может не думать об инсталляции. Последняя представляет формат, расположение плоскостей. Это уже монтаж.

 Есть в планах еще делать такого рода инсталляции?

 Такая гипертекстуальность с нечеткими границами между живописным и научным языками, между различными медиа: звуком, объектом, фотографией будет и в проекте «Почувствуй дыхание новой архитектуры», который скоро откроется в галерее pop/off/art. Архитектура — это не только куда помещается произведение искусства и мыслится вещностью, она как никакой другой вид искусства лучше всех выражает идею научной гармонии. Сегодня развитие технологий не ограничивает воображение конструкторов: подвижные дома, тоннели из потоков светящихся бактерий – грезы архитектуры о новом мире. В 1980-е годы философы размышляли о новых экологичных домах больше похожих на мобильные палатки кочевников, чем на герметичные постоянные конструкции. Массовая застройка следует иными путями: происходит вырубка лесов для возведения микрорайонов с зашкаливающей плотностью населения и инфраструктурой, ограниченной супермаркетом и, в лучшем случае, аптекой. В своем большинстве это серые бетонные блоки, выглядящие цифровыми кораллами, уже больше взаимодействующие не с ландшафтом, а с газообразными состояниями, облаками. Деревья уже давно не представляют интереса и не являются фоном для пейзажа современной массовой архитектуры.

Если распространение новых архитектурных сообщений, которые содержат в себе взаимодействие с бактериями, умеющими конструировать жесткие строительные материалы, выглядит пока утопически, то идеи, которые они несут, начинают влиять на практики, ранее не имеющие отношение к конструкциям и организации общественности. Недаром слово «архитектура» используется в различных сферах и уже теряет свое прямое значение: от архитектуры сайта до architectonics of thinking, от архитектуры космоса до архитектуры нейронных клеток.

Раз мы затронули тему архитектуры и выставку, то скажите, почему у вас в картинах много урбанистики? Это перенесенный опыт на картины так же, как и с инсталляцией или это просто следование общим тенденциям?

Урбанистика — устройство жизни в нашей локальной деревне, которая пользуется интернетом и составляет  около  половины населения земного шара. Культура, соответственно и искусство — непосредственные участники процессов, сформировавших город. Потому представляется, что этот мир скорее нарисован, чем естественен.  Искусственна (от слова искусство) не только городская среда, но и тела жителей, которые подвергаются массовой вакцинации с 19 века. 

Расскажите про отдых, как проводите свободное время, помимо посещения выставок коллег?

К сожалению, свободного времени мало. Хотя тут тоже, смотря что считать свободой…

Несколько лет назад в Мадриде в здании бывшего дворца коммуникации — центрального почтамта была замечательная выставка, которую мне посчастливилось увидеть… Называлась она коммуникация 24\7 и она переосмысляла труд художника. Пояснение куратора Луизы Эспино, содержало цифры статистики 2012 года, на которую указывает Беатрис Коломина  в своей книге «Век кровати», где говорится что 80% молодых профессионалов в Нью Йорке работают в своих кроватях. На этой выставке были представлены работы как известных и вошедших в мировую художественную культуру авторов, так и авторов более молодого поколения. Если известная работа Марты Рослер через семиотику показывает не оплачиваемый женский труд на кухне, а документация перфоманса с ленью Младена Стилиновича выглядит утопически в галерейном пространстве, то работа художницы  Бегоньи Олаварриеты представляет собой визитку с контактами и предложением звонить  24 часа в сутки 7 дней в неделю по телефону, который доступен в зале, демонстрирует коммуникационное насилие и определение будней современного художника в пространстве институций.

Художники, уже со времен Рафаэля представляли собой фабрику, так как не могли сами произвести настолько масштабные произведения искусства. В этом смысле, рисование небольших картин представляется мне практикой, где не происходит полного отчуждения от труда.

Конечно же, я не рисую целыми днями, читаю книги, статьи, развиваю игру на музыкальных инструментах, изучаю иностранные языки, иногда устраиваю прогулку. Но так ли далеко такого рода проведение времени от художественного процесса?

Что думаете о переходе искусства от традиционного к цифровому?

Это интересный вопрос. Не вижу очень сильного разрыва, между практиками материальными и цифровыми. Мои работы хоть и сделаны «вручную», но репрезентированы в цифровом виде на сайтах, в каталогах и журналах.  Думаю, для тех, кто не может прийти на выставку — это интересно. Многие художники сами выкладывают свои работы. Конечно в выставочном пространстве может сложиться другое впечатление от работы. Но не думаю, что в этом есть что-то плохое. Благодаря сети/интернету стало возможным увидеть выставки из разных уголков мира. Это очень интересный опыт, раньше такое было доступно только из книг путешественников. Мне кажется, этого не стоит бояться. Это логичное развитие искусства.

Что интересно молодому поколению людей?

Я не могу представить поколение однородным. У каждого свои интересы, все уникальны. Сейчас существует множество площадок, на которых они могут увидеть различные практики. То как они видят и что им интересно, наверное, это лучше спросить у молодого поколения.

Где можно увидеть ваши работы, кроме предстоящей выставки в галерее pop/off/art?

Здесь, в ЦТИ Фабрика, располагается […]Labs , которую  Сергей Волдыков, Сергей Огурцов и я организовали для исследования звучащего. В настоящее время готовится совместный звуковой проект художницы Алисы Керн и […]Labs, в котором в одних временных областях встречаются различной организации звуки и голос.

Выставки за рубежом планируются?

Пока не знаю, на данный момент планов нет, но хотелось бы. Это был бы интересный опыт.

Вас сейчас называют одной из перспективных художниц молодого поколения, что думаете?

Это сложно и очень странно, такое разделение на молодое поколение и не молодое. Мне кажется, что у художника нет возраста. Перспектива не говорит ничего в искусстве. Частота выставок художника тоже никогда не влияла на смысл работ. У художников свои ритмы и практики. Популярность отделена от сути художественного процесса или задач искусства.

Что пожелаете юным художникам?

Я даже не знаю, что могу пожелать юным и вообще художникам… Хочу, пожелать, чтобы они были и развивали и предлагали новые дискурсы в поле искусства не зависимо от представлений индустрии развлечений.